+7 (495) 766-76-11

EN | RU | DE

В последнее время в правовой литературе все чаще появляется термин «приватизация правосудия». В чем его смысл? Как применение этой концепции на практике может помочь российской правовой системе преодолеть ее недостатки? Предельно важным является раскрыть также те злоупотребления, которые могут возникнуть при применении этой конструкции в России.

Термин «приватизация правосудия» означает передачу отдельных полномочий суда в пользу частных лиц. Впервые термин появился на Западе, примерно в конце девяностых годов прошлого столетия и теперь активно продвигается как в научных работах, так и в практической деятельности. В России сама идея получила слабое распространение, однако ее применение на практике помогло бы решить одну из самых злободневных проблем судебной системы – загруженность судов.

Ст. 1 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации» (далее – ФКЗ «О судебной системе») говорит о том, что «судебная власть в Российской Федерации осуществляется только судами в лице судей и привлекаемых в установленном законом порядке к осуществлению правосудия присяжных и арбитражных заседателей. Никакие другие органы и лица не вправе принимать на себя осуществление правосудия». Судебная монополия, установленная этой статьей, с одной стороны, дает гражданам уверенность в том, что их дело будет разрешено профессиональным представителем государственной власти и никем другим. С другой стороны, такая монополия в России, учитывая ее политико-правовую специфику содержит в себе много недостатков. Например, одним из таких недостатков является загруженность судейского аппарата. Иногда такая загруженность приводит к совершенному абсурду. Например, судейской практике известны случаи, когда судьи выносили решения по более чем 100 делам за 30 минут. Конечно же это коренным образом отражается на качестве таких решений и приводит к невозможности для судей хорошо проработать отдельно взятую проблему. Какой выход можно найти из этой ситуации?

Одним из возможных способов решения проблемы загруженности судов в России может быть количественное увеличение судейского аппарата, которое предполагает обустройство новых зданий суда, привлечение новых сотрудников и закупка дополнительных средств технического оснащения. В целом такой метод можно охарактеризовать как экстенсивный. Он будет довольно затратным для государственного бюджета и на практике сложно реализуемым из-за нехватки в целом профессиональных специалистов в области права, которые готовы работать судьями.

Наиболее оптимальным способом преодоления проблемы загруженности является интенсивный рост, т.е. поиск решений внутри самой системы. Одним из таких решений было упростить производство по некоторым категориям дел, которые носят 1) бесспорный характер и 2) с имущественной стороны представляют собой споры в пределах низкой денежной суммы. В целом это принесло свои плоды, поскольку в таких упрощенных производствах рассматривается подавляющая часть всех судебных дел (около 75% от всех рассмотренных дел).

Однако переноса бесспорных и незначительных с имущественной составляющей дел в иное, более простое производство недостаточно. Необходимо предпринимать иные действия, которые смогут позволить разгрузить российских судей. Одним из таких действий может быть делегирование полномочий судебной власти по осуществлению правосудия иным субъектам, причем такое делегирование должно быть императивным. Иными словами, это должен быть орган, который занимается разрешением споров, действия которого в дальнейшем также можно обжаловать обратившись в суд, но обращение в который (аналогия с судом первой инстанции) является обязательным.

В России уже существуют такие способы делегирования отдельных государственных полномочий по осуществлению правосудия (разрешению дел). Например, деятельность уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг вполне вписывается в такую конструкцию. Он разрешает споры до 500 000 руб. и по смыслу закона его деятельность представляет собой досудебный порядок урегулирования спора между потребителем финансовых услуг и финансовой организацией. Споры, которые разрешает финансовый уполномоченный по общему правилу рассматриваются в порядке заочного производства, но в качестве исключения предусмотрено и очное рассмотрение дела. Законодатель в данных спорах, учитывая, что, как правило, потребитель является более слабой стороной, предоставил ему право аннулировать обязательность решения уполномоченного за счет подачи искового заявления к ответчику в установленный 30-дневный срок.

Теперь необходимо проанализировать ситуацию в российском процессуальном праве, сложившуюся с арбитражными управляющими. В судебных процессах по делам о банкротстве по общему правилу именно суд устанавливает, является ли заявленное требование кредитора обоснованным или нет. Однако из общего правила есть два исключения: 1) банкротство кредитных организаций и 2) банкротство застройщиков. В этих случаях обоснованность требований кредиторов устанавливает конкурсный управляющий. Суд, однако, полностью не устранен от этой деятельности. Так, любой несогласный с определением о включении требований заявителя в реестр кредитор может обратиться в суд с возражениями в течение 15 дней. Требования кредиторов, возражения по которым не поступили, считаются включенными в реестр в размере, составе и очередности, которые были определены конкурсным управляющим.

Как стоит оценивать делегирование полномочий по осуществлению правосудия конкурсным управляющим?

С одной стороны, это позволяет снизить нагрузку на российских арбитражных судей, поскольку в этом случае им попросту приходится делать меньше работы в ходе рассмотрения банкротных дел. С другой стороны, стоит ли распространять данную практику и на обычные банкротные дела, учитывая огромные возможности для злоупотреблений? Тем более, что соответствующий законопроект, составленный по инициативе ВС РФ (№ 598603-7) уже существует.

С нашей точки зрения положения законопроекта необходимо поддержать. Практика включения требований кредиторов в реестр именно конкурсным управляющим уже зарекомендовала себя в делах о банкротстве застройщиков и банков. Заинтересованные лица не лишены при этом возможности подать свои возражения относительно необоснованных требований заявителей и действий арбитражного управляющего по включению таких требований в реестр. На обжалование им будет дано 30 календарных дней. Таким образом, пресекать различные злоупотребления можно будет путем подачи отдельных жалоб суду.

Возникает, однако, проблема того, что для эффективного проведения процедур банкротства необходимо будет повышать квалификационные и профессиональные требования к арбитражным управляющим (прохождение дополнительных курсов, повышенные требования к полученному образованию, ежегодная проверка и аттестация), поскольку фактически заниматься деятельностью по осуществлению правосудия должны строго профессионально обученные люди (по общему правилу судьи), и если мы делаем исключение в пользу конкретных лиц (арбитражных управляющих), то они должны этим требованиям соответствовать.

В заключение необходимо отметить, что проблемы судебной системы можно и нужно пытаться решать конкретными и планомерными действиями в области ее улучшения. Одним из таких улучшений может быть как раз постепенная «приватизация правосудия» в области арбитражных споров, которая позволит значительно снизить нагрузку на судебную власть. Судьи смогут избавиться зачастую от технической, отвлекающей работы, сосредоточиться на более важных аспектах конкретного дела и разрешить его максимально обоснованно и законно.

Подробнее в источнике

Подпишитесь на рассылку новостей

У нас еще много интересного! Подписавшись на нашу рассылку, вы будете в курсе самых последних изменений — новостях и изменениях в законах. Также мы делимся нашими кейсами и разбираем самые интересные и громкие дела месяца.